Тогда Пётр начал проклинать и клясться: «Я не знаю этого человека». И тотчас пропел петух.
В этом стихе Пётр отрекается в крайней форме. Если прежде он просто отрицал, то теперь подтверждает свои слова проклятием и клятвой. Это показывает, что страх достиг предела. В тот момент Пётр действует не из злобы, а под влиянием страха и инстинкта самосохранения. Но именно здесь, в минуту его самого глубокого падения, раздаётся крик петуха — как Божье напоминание. В тот же миг исполняется пророчество Иисуса, и этот звук становится не осуждением, а пробуждением: напоминанием о том, что благодать всё ещё действует в нём. Крик петуха — также знак рассвета, голос надежды, звучащий во тьме.