Итак, если Давид называет Его «Господом», то как же Христос может быть его сыном?»
Этот вопрос Иисуса становится для фарисеев обличающим и заставляющим умолкнуть. Если Давид, ведомый Святым Духом, называет Мессию «Господом», то ясно, что Он не может быть лишь земным наследником Давида. Так Иисус показывает, что Мессия одновременно является Сыном Давида по плоти и Господом Давида по божеству. Значит, можно заключить, что Христос одновременно и человек, и Бог. Фарисеи признавали только человеческое происхождение Мессии, ожидая политического вождя, а Иисус открывает божественную мессианскую власть, превосходящую все земные пределы. Его вопрос показывает, что без веры невозможно понять глубину пророчеств: Писание открывается лишь тем, кто принимает божественность Христа.