Они хотели схватить Его, но побоялись народа, потому что считали Его пророком.
Первосвященники и фарисеи, хотя и поняли, что притчи Иисуса обличают их, не осмелились схватить Его, потому что народ принимал Его как пророка. Этот страх был не покаянием, а лишь внешним сдерживанием из боязни не потерять свое положение. Этот эпизод показывает их духовную слепоту: они распознали истину, но не приняли ее, потому что руководствовались мнением людей, а не путем истины. Здесь уважение народа к Иисусу противопоставлено ненависти религиозных руководителей, подчеркивая, что когда власть слепнет, хранителями истины становятся простые сердца. Эти слова также показывают, что волю Божью никто не может остановить: человеческий страх или противостояние не способны сорвать Его замысел.